Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

Центральный музей таможенной службы

Муратов Н.Е. К вопросу о Таможенном приказе ХVII века.

Опубликовано: 19 февраля 2021 10:30

В некоторых письменных источниках, относящихся к первой половине ХVII века – к Смутному времени и ко времени царствования Михаила Фёдоровича Романова, мы обнаруживаем свидетельства, указывающие на существование в данный исторический период в системе государственных учреждений России Таможенного приказа. В источниках более раннего периода и в источниках, относящихся уже к последующему времени, никаких упоминаний о деятельности Таможенного приказа до сих пор найдено не было.

Время создания Таможенного приказа точно неизвестно. Работавший в самом начале ХVII столетия (предположительно, ещё с конца ХVI века), продолжавший работать в царствование Михаила Фёдоровича, Таможенный приказ, видимо, был упразднён в правление этого же монарха.

В отечественной историографии встречаются упоминания о Таможенном приказе в связи с отдельными письменными документами. Но эти упоминания, по сути своей, лишь таковыми и остаются – они единичны и довольно скупы. Одно из них относится ко времени правления царя Бориса Фёдоровича Годунова и приходятся под 1605-й1 год. В марте 1605 года, в переписке Таможенного и Посольского приказов о возврате английским купцам незаконно взятых с них таможенных пошлин, также упоминается дьяк Таможенного приказа Яков Акакиев2, видимо, возглавлявший в то время приказ. Поэтому, следует признать необоснованным утверждение Рыбалко Н. В., что Таможенный приказ как самостоятельное учреждение впервые упоминается в документах при польском короле Сигизмунде III3.  

В исследованиях обобщающего плана, посвящённых изучению приказной системы Московского государства ХVI – ХVII вв., факт существования Таможенного приказа практически не отмечается, и уж тем более мы не встретим никакой заслуживающей особого внимания информации о нём. Только в монографии Рыбалко Н. В. лишь единожды прозвучало наименование интересующего нас государственного учреждения. Таким образом, до сих пор вокруг Таможенного приказа в историографии существует почти полный информационный вакуум. Специально на этот исторический «феномен» исследователи внимания не обращали – не проявили научный исследовательский интерес к нему, к Таможенному приказу, и к специфике его работы…

Обратимся к источникам.

Одно из ранних упоминаний о Таможенном приказе Смутного времени относится к 1610-1613 гг. Речь идёт о так называемой Записке о Царском дворе, церковном чиноначалии, придворных чинах, Приказах, войске, городах и пр. В этом историческом документе, среди кратких сведений о многочисленных приказах русского государства, говорится:

«…Приказ Болшого приходу, где со всей земли земляные доходы денежные сбираются, и ямские и полоняничные денги, и тамга болшая…

Приказ, где тамгу сбирают с товаров…»4.

Из текста документа совершенно ясно, что, помимо хорошо известного приказа Большого прихода, где в течение долгого времени, среди всех денежных доходов русского государства, были сосредоточены (сюда поступали) и все государственные таможенные сборы, на Москве существовал ещё некий приказ, который уже сам занимался сбором «тамги». В Записке 1610-1613 гг. речь о двух приказах идёт именно раздельно. Сначала говорится об одном и затем, через несколько абзацев текста, в последующем перечне государственных приказов – о другом. Составитель (или составители) исторической Записки ясно давали понять, что это два разных государственных учреждения, и за текстом документа подразумевалась совершенно конкретная, хорошо известная автору (авторам) документа и всё до конца проясняющая информация. О которой мы имеем возможность строить свои предположения.

Может быть, Таможенный приказ, рождённый когда-то в государственной системе России, представлял только «локальную таможенную историю»  исключительно в самом столичном городе Москве? Приказ же Большого прихода являлся, как известно, учреждением не местного, а общероссийского масштаба и дело имел, поэтому, с «тамгой большой», которая поступала, как уже было сказано, со всех городов и весей государства.

Источники показывают, что уже в середине 1580-х гг. внутри Приказа Большого прихода существовал особый Таможенный стол5, который, должно быть, и ведал торговыми таможенными государевыми пошлинами. Однако, учитывая географию поступающих в стол пошлин, навряд ли именно он выделился в отдельный Таможенный приказ. Думается, создание на Москве особого Таможенного приказа – это совершенно другая история, на что уже указывает упомянутая выше переписка Таможенного и Посольского приказов марта 1605 года, и документы, которые далее ещё будут представлены, это тоже будут подтверждать.

            О Таможенном приказе имеется упоминание в Грамоте (в списке) от 20 января 1611 года Польского короля Сигизмунда III к управлявшим русским государством боярам: об определении назначенных им судей и дьяков, для управления разными судебными в Москве местами и приказами. В Таможенный приказ был назначен дьяк Бажен Замочников6, один из доверенных ставленников польского короля. Об этом же назначении дьяка Бажена Замочникова говорится в ещё одном списке документа – в Росписи бояр и дьяков, с предназначением им в управление московских приказов и других судебных мест (1611 года, прежде января 20). Правда, Таможенный приказ здесь именуется «Таможенной Избой»7, но сути вещей это нисколько не меняет. Именно о назначении польским королём дьяка Бажена Замочникова упоминает в своей работе Рыбалко Н. В.

          Исходя из информации документов марта 1605-го и января 1611-го годов, надо полагать, что в период до Смутного времени и в Смутное время во главе Таможенного приказа стояли назначаемые властью дьяки.

Таможенный приказ упоминается в документе 1611-1612 гг. – в Отчётах расходов царской казны после разгрома Москвы поляками. В тексте этого очень объёмного, детального, исторического источника, среди прочего, упоминается: «…что разграблено в Московскую розруху: …и в Четвертях, и в Ямском, и в Таможенном приказех, денег и всяких товаров…»8. И далее источником сообщается: «…(приписано: и на Купецком дворе), и в Четвертях, и в Ямском и в Таможенном приказех, денег и всяких товаров, и запасов, и рухледи с 13400 (поправлено: 15000) рублев)»9.

Внимательно вчитываясь в масштабный исторический документ и проанализировав представленный отрывок из его объёмного текста, в отношении Таможенного приказа можно твёрдо сказать, что денежные средства, хранившиеся здесь, наверняка являлись деньгами пошлинного сбора, а также долговыми и штрафными (включая пени)10 деньгами. Иначе говоря, в приказе хранилась денежная казна, ларь, несомненно, опечатанный (как это и было положено) таможенной печатью. Но в приказе хранились не только денежные средства. Как видим из текста документа, здесь же хранился товар. В Таможенном приказе действительно мог храниться, во-первых, ещё неочищенный пошлиной товар. Во-вторых, здесь же мог содержаться взятый «на Государя» (изъятый в пользу государевой казны) товар, который не был явлен таможенникам недобросовестными торговцами. Также мог содержаться товар, конфискованный в качестве запрещённого – контрабандного. Наконец, в Таможенном приказе, возможно, хранился товар, купленный «на Государя» – лучший товар купцов иноземных… Итак, что касается Таможенного приказа, в представленном отрывке текста исторического источника говорится именно об этих ценностях, деньгах и различных товарах – они были пограблены в период «польского сидения» в Москве.

Заметим, что именно во время польско-литовского пребывания в Москве, вместе с тотальным разграблением русской государевой казны, были уничтожены приказные архивы Московского государства. По этой причине в самом начале царствования Михаила Фёдоровича Романова, когда, по сути, вообще стала возрождаться русская государственность, «не было ни порядка, ни денег, ни средств выяснить размеры государственных доходов и расходов»11. В свою очередь, значительнейшая часть приказных архивов уже времени царствования самого Михаила Фёдоровича была уничтожена огнём большого московского пожара, случившегося в мае 1626 года. А, между тем, именно сохранность архивов московских приказов сегодня позволила бы нам ответить, в частности, и на вопросы по интересующей нас проблеме…

Но вернёмся к дальнейшему рассмотрению сохранившихся до настоящего времени документов.

В Приходной книге товарам и вещам 1613-1614 гг., то есть, уже времени начала правления первого царя из династии Романовых, упоминается: «Ноября в 11 день, из таможенного приказу у таможенной головы у гостя у Ивана Юдина в государеву казну на казенной двор, что он взял в протаможье взято 39 бобров карих»12. Из приведённого текста документа совершенно понятно, что во главе Таможенного приказа, в данном конкретном случае, стоял представитель верхушки торгового сословия – купец, когда-то пожалованный самим государем (естественно, за определённые заслуги) званием «гостя». И то, что гость Иван Юдин, возглавляя Таможенный приказ, взял «на Государя» с какого-то торговца «протаможье» (видимо, за то, что тот не явил в Таможенном приказе свой товар, или утаил часть товара), совершенно определённо говорит нам об исполнении приказом точно таких функций, какие традиционно исполняли работавшие в тот же исторический период московские таможни. Ведь и сам Таможенный приказ располагался и работал в столице русского государства.

Расходная книга денежной казне 1613-1614 гг. последовательно продолжает уточнять для нас информацию о Таможенном приказе и его «специализации». В источнике речь идёт об оплате работы дрягилей (от немецкого trager – носильщик) Таможенного приказа. Дрягили, или разнорабочие, выполняли такелажные, упаковочные и иные работы в приказе, так и в таможнях. В представленном документе говорится следующее: «Июля в 14 день… Таможенново приказу дрягилем Устинку Офонасьеву с товарыщи, 10 человеком, по шти д. (денег – Н. М.) человеку, и того 10 ал. (алтын – Н. М.). Вязали коробьи с крымскою кладью»13. В другой части исторического источника читаем: «Июля в 15 день… Из таможенново приказу дрягилем Богдашку Семенову с товарыщи, 10 человеком, по 2 ал. человеку. Вязали коробьи с крымскою кладью»14. И ещё далее в тексте находим: «Августа в 16 день, таможенново приказу дрягилем Устинку Офонасьеву с товарыщи, 9 человеком, 5 ал. Вязали кладь в вастараханскую посылку»15.

Из текста документа видно, что Таможенный приказ, посредством труда своих «служащих» (в данном случае – дрягилей), похоже, имел прямую связь с внешнеполитическими и внешнеторговыми сношениями русского государства. На это, кстати, также указывает представленный в начале настоящей статьи документ марта 1605 года – переписка Таможенного и Посольского приказов о возврате английским купцам незаконно взятых с них таможенных пошлин. Может быть, Таможенный приказ и был когда-то создан для работы с иноземными торговцами в Москве? Источники, к которым мы обратимся далее, нас в этом совершенно убеждают.

26 марта 1626 года Таможенный приказ сообщал в Посольский приказ о товарах, привезённых в Москву армянскими и азербайджанскими купцами. В этом подробном сообщении были указаны наименования товаров, их цены и, соответственно, указаны таможенные государевы пошлины, взятые с данных товаров16.

          В другом документе, в Памяти из Посольского приказа таможенным головам К. Булгакову и другим, от 10 февраля 1627 года, говорится об отмене пошлин с товаров Кумыкского Шамхала Ильдара: «…память таможенным головам гостю Кирилу Булгакову с товарищи… пошлин имать не велел»17 русский государь.

          Имеется и ещё один, достаточно информативный и немного более ранний, исторический документ. 9 декабря 1623 года из Таможенного приказа в Посольский приказ была отправлена Память с росписью и оценкою товаров, привезённых кумыкским послом Томулдуком и купцом Фаргатом. Из текста источника становится понятно, что Таможенный приказ отвечал на запрос Посольского приказа. Вот что сообщается в историческом тексте: «…В Таможной приказ к гость, к Томилу Тараканову… велено оценити для ведома, что с тех их товаров государевых пошлин взять…и тому велено прислати роспись для ведома в Посольской приказ к дьякам…»18.

          В целом, пищи для размышлений все представленные выше источники дают много. Основываясь на их информации, вполне возможно, обоснованно сделать следующие выводы и предположения:

Первое. Таможенный приказ, как видно, действительно имел самое непосредственное отношение к внешнеторговым (следовательно, и к дипломатическим) связям России и, поэтому, напрямую плотно контактировал с соответствующим внешнеполитическим «ведомством» русского государства – с Посольским приказом.

Вероятно, Таможенный приказ был создан ещё в конце ХVI века –  правительством «лорда-протектора» Бориса Годунова во время царствования Фёдора Иоанновича. В этот исторический период как раз устанавливались постоянные, систематические внешнеторговые отношения России со многими европейскими и азиатскими государствами, что нашло отражение и на развитии собственно московского торга и на его обслуживании вновь создаваемыми таможенными учреждениями. На рубеж ХVI – ХVII вв., и вплоть до прихода в 1605 году первого самозванца, приходится подъём иноземной торговли в Москве. Когда королева Елизавета Английская в конце ХVI столетия потребовала от русского монарха очередной жалованной грамоты для общества лондонских купцов на исключительную торговлю в России, царь Фёдор Иоаннович отвечал английскому посланнику: «Пределы России открыты для вольной торговли всех народов, сухим путём и морем. К нам ездят купцы султанов, цесарские, испанские, немецкие, французские, литовские, персидские, бухарские, хивинские, шемахинские и многие другие, так что можем обойтись и без англичан и, в угодность им, не затворим дорог в свою землю»19.

С преодолением иностранной интервенции и Смутного времени внешнеторговые связи России при царе Михаиле Фёдоровиче Романове стали вновь оживать и постепенно наращиваться.

Второе. По всей видимости, до воцарения Михаила Фёдоровича Романова во главе Таможенного приказа стояли назначаемые властью дьяки. С начала же правления первого царя династии Романовых Таможенный приказ уже возглавляли, как это можно заметить,  представители элиты русского торгового сословия – гости. Упоминания в документах имён гостя Ивана Юдина, гостя Кирилла Булгакова, гостя Томилы Тараканова убеждают нас в этом. Томила Тараканов, между прочим, являлся представителем одной из богатейших и известнейших купеческих династий20 России. Необходимо заметить, что во главе крупнейшей (и, видимо, важнейшей) таможни Москвы – московской Большой таможни, через которую проходила основная масса товара столичного торга, на протяжении практически всего ХVII столетия также стояли исключительно гости.

Третье. Как хорошо видно из приведённых источников, Таможенный приказ, соответственно своему названию, во внешнеторговых связях Москвы и исполнял чисто таможенные функции. Попросту говоря, это была работа таможни. Но, конечно, не простой, не обычной таможни, а крупной, центральной – столичной таможни. Таможенный приказ сбирал тамгу с товара и торговли иноземцев в столице русского государства.

Итак, в период правления Михаила Фёдоровича Романова во главе Таможенного приказа, как и во главе крупной московской таможни ХVII века, стояли гости. В приказе, как и в таможне, работали дрягили. Надо полагать, в Таможенном приказе работали и другие «служащие», что и в крупных московских таможнях того же периода времени. Несомненно, на государевой верной службе здесь трудились таможенные целовальники и, среди них обязательно – целовальники ларёчные, то есть «казначеи» приказа. И действительно, в приведённом выше Сообщении Таможенного приказа в Посольский приказ о товарах, привезённых в Москву армянскими и азербайджанскими купцами в 1626 году, в завершении документа, упоминается «таможенной ларечной Евсейко Микифоров»21. Он доставил в Посольский приказ роспись привезённых восточными купцами товаров, с их оценкой и с указанием сумм причитающихся к сбору государевых пошлин. Также в Таможенном приказе времени правления царя Михаила Фёдоровича обязательно должны были работать подьячии, которые и составляли подобные росписи товаров, их стоимости, положенных государевых пошлин и вообще вели всё «делопроизводство».

По всей видимости, головы и целовальники в Таможенном приказе работали посменно – по годам, как и в таможнях. Скорее всего, здесь можно и нужно говорить о государевой службе на вере, учитывая важную деятельность приказа. Повторим, все основные функции самого приказа были именно таможенные, связанные с учётом товара и его цены, связанные со сбором государевых таможенных пошлин и отчётом о произведённом пошлинном сборе, связанные с борьбой с контрабандой и т. д.

Повествуя о приказной системе Московского государства, Адам Олеарий22 в «Описании путешествия в Московию» сообщает, в перечислении всех московских приказов, и о Таможенном приказе в столице русского государства – под номером 31: «Таможенной приказ», т. е. таможня, где заседает один из «гостей» с несколькими помощниками для приёма пошлин со всех товаров. В конце года он отдаёт отчёт другому приказу – Большому Приходу, и тогда другой «гость» назначается на его место»23. Думается, здесь речь идёт именно об интересующем нас Таможенном приказе, поскольку о самих московских таможнях, работавших в то время на московском торгу (о московской Большой таможне, о Померной Избе (таможне) и других) Олеарий ничего не говорит. Вероятно, иноземец Адам Олеарий и указал в своём литературном труде на то таможенное учреждение, которое в 1630-х годах (годы пребывания Адама Олеария в Москве) принимало пошлины со всех товаров иноземцев.

Четвёртое. Как показывают многочисленные исторические источники, в последующем, к внешним торговым связям и к торговле иноземцев в Москве отношение имела уже упомянутая нами выше московская Большая таможня.

Так, например, 16 декабря 1638 года из Приказа Большого прихода в Посольский приказ была направлена Память о произведённой переписи товаров индийских и персидских купцов для сбора таможенных пошлин вместе с росписью товаров. В документе отмечалось: «…И по государеву указу на купецкой двор х кизылбашским купчинам посылан Московские Большие таможни голова гость Василей Юрьев с целовальники. А велено ему у тех купчин хановы и их купчины особные товары пересмотреть и переписать, а переписав, сметить, сколько с тех их товаров доведетца взяти государевых таможенных пошлин. И таможенной голова гость Василей Юрьев тем товаром в Большой приход принес роспись, и та роспись послана к вам в Посольской приказ под сею памятью за рукою таможенново ларешново целовальника Матвея Яблочникова»24.

Из текста источника мы хорошо видим, что таможенный голова московской Большой таможни гость Василий Юрьев исполняет те же самые обязанности, что ранее исполнял упомянутый нами выше гость Томила Тараканов, когда-то бывший главой Таможенного приказа. А обязанности ларёчного Евсея Никифорова, служившего в 1626 году в том же приказе, в 1638 году в точности дублирует Матвей Яблочников.

Но вот что любопытно: в документе 1638 года также говорится, что товар свой «явили в Таможном приказе индейцы торговые люди…»25. Но при этом, как мы успели заметить, всей основной работой с иноземными купцами и с их товаром занимаются уже «служащие» московской Большой таможни. Вообще говоря, при детальном ознакомлении с документом, в котором Таможенный приказ упоминается единожды и вскользь, создаётся полное впечатление, что упомянутая в документе явка товара именно в Таможенном приказе происходила просто «по старине», в силу прошлых правил, поскольку так было ранее заведено. Следование чему-то «по старине», вообще было свойственно русской истории. За старину держались. И ещё при изучении документа создаётся впечатление, что Таможенный приказ уже стал неким «лишним звеном» в возникших новых связях между учреждениями, непосредственно или опосредованно ведающими иноземный торг в Москве. Как упоминает и Олеарий, отчёт теперь поступает в Большой Приход, а уже потом роспись товаров и пошлин с них направлялась в Посольский приказ.

Сам же Таможенный приказ, видимо, ещё какое-то время существовал, «по инерции». И, скорее всего, этот период времени был очень непродолжительным, поскольку далее, после завершения 30-х годов ХVII века, следов деятельности Таможенного приказа и упоминаний о нём обнаружить в источниках не удаётся.

Возглавивший после гостя Василия Юрьева московскую Большую таможню «таможенной голова гость Григорей Микитников», работая с иноземными торговцами в Москве, уже сам принимал явку иноземных товаров в столице и во время своего головства «сыскал у них у Немец многие неявленые товары, и за те их неправды взяты на них пошлины вдвое и болши…»26. Никакого упоминания о Таможенном приказе мы уже не встречаем.

 Московская Большая таможня и в дальнейшем занималась приёмом явки и досмотром привезённых в столицу русского государства товаров иноземных торговцев, производила подробную роспись и оценку товаров, а главное – вела сбор государевых таможенных пошлин с этих товаров27.

Надо заметить, в конце правления царя Алексея Михайловича Романова, специально для работы в Москве с определённым «контингентом» торгового иноземного люда, ещё создавалась Посольская Новая таможня28. В 1675 году первому главе этой таможни, гостю «Дмитрею Казакову с товарыщи», было велено «збирать великого государя в казну таможенные пошлины с-ыноземцов, з гречан, с поляков и литовских городов с торговых людей, Новомещанские слободы с мещан и украинских городов с мещан же и с украинских казаков, и с кизылбаш, и с-ындеицов, и з бухарцов, и армян, которым армяном велено к Москве приезжать по жалованным великого государя грамотам…»29.

Создание очередной и, своего рода, «специализированной» таможни – при Посольском приказе – не явилось чем-то необычным в попытках власти как-то упорядочить и распределить функции между «профильными учреждениями» в условиях всё большего роста внешнеторговых связей России и увеличения товарооборота на московском торгу в целом.

Тем не менее, в источниках и в последующем постоянно продолжало фигурировать, что московская Большая таможня очищает государевой пошлиной товары, в том числе, и иноземных торговцев...

Пятое, в завершение настоящей статьи.

Упразднение Таможенного приказа произошло, предположительно, ещё в правление царя Михаила Фёдоровича Романова. По всей видимости, приказ был упразднён из-за того, что функции его перешли в полном объёме к другим «исполнителям». В основном, таковым явилась московская Большая таможня – крупнейшая таможня в столице Русского Царства ХVII века. Эта таможня охватывала большую часть собственно российского торга в Москве и занималась также сбором государевых таможенных пошлин с торговых предприятий иноземных купцов. Московская Большая таможня напрямую контактировала с упомянутым уже приказом Большого прихода, а по части торговли иноземцев – ещё и с Посольским приказом. Время работы упомянутой выше Посольской Новой таможни, судя по информации из источников, было весьма непродолжительным. Но это уже тема отдельного исследования…

А в самом Таможенном приказе надобность окончательно отпала, видимо, ещё в конце 1630-х гг. Упоминания о его деятельности в исторических документах, в связи с последовавшим упразднением, прекратились.

Примечания

  1. Переписка Таможенного и Посольского приказов о возврате английским купцам незаконно взятых пошлин//РГАДА. Ф.35. Оп.1. Д.43. Л.223-225.
  2. Там же.

Дьяк Яков Акакиев впоследствии обрелся в тушинском лагере второго Лжедмитрия. По крайней мере, в одной из воровских грамот имеется упоминание имени дьяка, скрепившего эту грамоту// Хилков Г. Д. Сборник князя Хилкова. СПб. Типография братьев Пантелеевых. 1879 г., № 12 (ХLIХ), С. 57.

О дьяке Якове Акакиеве смотри также: Павлов А. П. Приказы и приказная бюрократия (1584-1605)// Исторические записки. Т. 116. М., Издание АН СССР. 1988. С. 187-227, С. 209.

  1. Рыбалко Н.В. Российская приказная бюрократия в Смутное время начала XVII века. М.: Квадрига; МБА. 2011. С. 224. См. также: Рыбалко Н. В., Ивина А. В. Приказные ставленники Сигизмунда III при новом царе М. Ф. Романове // Самарский научный вестник. Т. 6, № 4 (21). Самара. 2017 г. С. 149-156.
  2. Акты исторические, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. II. СПб. В Типографии II-го Отделения Собственной Е. И. В. Канцелярии. 1841. № 355. С. 423 и 424.
  3. «Апреля в 30 де[нь] заплочено в Большой приход, в Таможенной стол, с дву торгов с Высотцког[о] да с Вежинсково тамги два рубля денег». (РГАДА. Собрание Мазурина (ф. 196), № 273, лл. 185об.-186). См. также: Маматова Е. П. Таможенная грамота 1596 г. на сельский Торжок//Записки Отдела рукописей Государственной библиотеки им. B. И. Ленина. Вып. 25. М., 1962. С. 350. (Прим. 45).
  4. «…в таможенном приказе Бажену Sамочникову, а велели бы есте им сидети по нашему указу». (Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в государственной коллегии иностранных дел. Часть 2. Москва. В Типографии Селивановского. 1819. № 219. С. 486.

О дальнейшей судьбе дьяка Бажена Замочникова известно следующее: после освобождения Москвы от польско-литовских интервентов, он, вместе с другими доверенными людьми и ставленниками польского короля Сигизмунда III, был арестован и подвергнут пытке: «… и Бажена пытали на пытце в казне» – доискивались о судьбе и вероятном месте нахождения всего, что могло иметь отношение к русской царской казне. Дьяк Бажен Замочников умер во время пытки. – См.: Платонов С. Ф. Полный курс лекций по русской истории. Петроград. 1917 г., С. 86; См. также: Арсений Елассонский. Мемуары из русской истории // Хроники Смутного времени. Фонд Сергея Дубова. М. 1998. С. 165-210, С. 199-200.

  1. «… В Таможьную Избу дияк Бажен Замочников». //Акты исторические, собранные и изданные Археографической Комиссией. Т. II. СПб. В Типографии II-го Отделения Собственной Е. И. В. Канцелярии. 1841. № 314. С. 372.
  2. Русская историческая библиотека, издаваемая императорской Археографической комиссией. СПб. Печатано в типографии братьев Пантелеевых. 1875 г. Т. 2. № 95. Стб. 231.
  3. Там же, Стб. 232.
  4. Если торговец, в нарушение установленных правил торговли, не явил в таможне (пытался от неё утаить) привезённый для продажи товар или часть товара, чтобы не платить положенных торговых пошлин, и был пойман на этом – этот торговец «протамжился». Также считалось, что торговец «протамжился», если он не явил в таможне приобретённый им товар – то есть, по сговору с продавцом, не зарегистрировал в таможне торговую сделку, чтобы не платить торговую пошлину. Как правило, утаённый товар, в качестве «протаможья», забирался таможенниками в казну «на Государя». «Протаможьем» считался также и взимаемый с торговца денежный штраф, сумма которого исчислялась, исходя из цены неявленного товара, и могла быть ещё кратно увеличена, в зависимости от наличия отягчающих обстоятельств дела. Помимо «протаможья» (с товара), ещё и с самого проштрафившегося торговца взималась личная пеня.

Штраф и личная пеня налагались также на торговца, который пытался ввезти-вывезти, провезти запрещённый либо «заповедный» товар и был на этом пойман таможней. Сам такой товар, как контрабанда, подлежал безусловной конфискации.

  1. Веселовский С.Б. Семь сборов запросных и пятинных денег в первые годы царствования Михаила Фёдоровича. М., Синодальная Типография. 1908. С. 7.
  2. Русская историческая библиотека, издаваемая императорской Археографической комиссией. СПб., Типография Министерства Внутренних Дел. 1884. Т. 9. Приходная книга товарам и вещам, 1613-1614. С. 25.
  3. Там же. Расходная книга денежной казне, 1613-1614. С. 126.
  4. Там же. С. 127.
  5. Там же. С. 142.
  6. Материалы по истории армянского народа. Т. V. Армяно-русские отношения в ХVII веке. Сборник документов. Т. 1. Изд-во Академии Наук Армянской ССР. Ереван. 1953. № 1. С. 3-4.
  7. Русско-дагестанские отношения ХVII – первой четверти ХVIII вв. Документы и материалы. Махачкала. Дагестанское книжное издательство. 1958. № 30. С. 82.
  8. Там же, № 22. С. 76-77.
  9. Мельгунов П. П. Очерки по истории русской торговли IХ – ХVIII вв. С картою. Посмертное издание. М., Издание магазина «Сотрудник школ» А. К. Залесской. 1905. С. 202. См. также: Мельгунов П. П. Торговля в Московском государстве ХV – ХVII веков. - В книге: Москва. Купечество. Торговля. ХV – начало ХХ века. М., Издательство «Крафт+». 2007. С. 35-36.
  10. Москвич гость Томила Тараканов происходил из древней династии новгородских купцов-сурожан, тесно связанных также с Москвой. С конца ХV века дворы представителей династии были как в Великом Новгороде, так и в Москве. «Сурожанами» на Руси называли купцов, которые вели древний торг через крымский порт Сурож (современный Судак). Состоятельные купцы Таракановы имели давние и прочные коммерческие контакты с турецкими, итальянскими, греческими, крымскими торговцами. В ХVI веке Таракановы вели торговлю и с англичанами. Будучи гостями, представители династии предпринимали также торговые операции от имени и по поручению властителей Руси, производили закупки различных товаров в казну.

О некоторых представителях купеческой династии Таракановых и, в частности, о Томиле Тараканове говорится, например, в работе Сыроечковского В. Е.  Гости-сурожане. ОГИЗ. Государственное социально-экономическое издательство. М-Л., 1935. С. 111-118.

  1. Материалы по истории армянского народа. Т. V. Армяно-русские отношения в ХVII веке. Сборник документов. Т. 1. Изд-во Академии Наук Армянской ССР. Ереван. 1953. № 1. С. 4.
  2. Секретарь Шлезвиг-Голштейнского посольства в Россию и Персию в 1633 году. Был в Москве в 1634, 1636, 1639 и 1643 годах.
  3. А. Олеарий. Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно. СПб. Издание А. С. Суворина. 1906. С. 284.
  4. Русско-индийские отношения в ХVII веке. Сборник документов. Издательство восточной литературы. М., 1958. № 13. С. 39.
  5. Там же. С. 40.
  6. Хилков Г. Д. Сборник князя Хилкова. СПб. Типография братьев Пантелеевых. 1879. № 82. С. 252.
  7. Материалы по истории армянского народа. Т. V. Армяно-русские отношения в ХVII веке. Сборник документов. Т. 1. Изд-во Академии Наук Армянской ССР. Ереван. 1953. №№ 36, 46, 49, 81, 82, 86, 91, 96. Армяно-русские отношения в первой трети ХVIII века. Сборник документов. Т. II, Ч. 1. Под редакцией Ашота Иоаннисяна. Ереван. Издательство Академии Наук Армянской ССР. 1964., №№ 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 21, 22, 25, 26, 29, 43, 48, 49, 53, 54, 55. Труды Историко-археографического института и института Востоковедения. Выпуск 3. Материалы по истории Узбекской, Таджикской и Туркменской ССР. Ч. 1. Торговля с Московским государством и международное положение Средней Азии в ХVI – ХVII вв. Л., Издательство Академии Наук СССР. 1932. № 117.
  8. Материалы по истории армянского народа. Т. V. Армяно-русские отношения в ХVII веке. Сборник документов. Т. 1. Изд-во Академии Наук Армянской ССР. Ереван. 1953. №№ 36.
  9. Русско-индийские отношения в ХVII веке. Сборник документов. Издательство восточной литературы. М., 1958. № 147 (IV). С. 256.

Оценить